Отрывок из книги

Когда мы говорим «детекция лжи», на ум приходят не очень понятные слова: полиграф, профайлинг, детектор лжи, тестирование или верификация… — слова не очень понятные обывателю и простому смертному.

И эта книга тоже не для них, эта книга профессионалов для профессионалов. Кому-то это покажется странным, но она должна была быть написана. Дело в том, что в профессиональном сообществе, называемом «специалисты в детекции лжи», многое можно отнести к альтернативным взглядам на процедуру детекции лжи, как инструментальную, так и безынструментальную, а все новое сразу подвергается остракизму и наказанию.

В этой книге и на этой кухне встретились не только разные люди, но еще и разные подходы к одной проблеме. И формат изложения — не совсем привычный для книги, которая имеет отношение к столь серьезной теме, как детекция лжи.

У каждого из собеседников, помимо их имени и отчества, есть описание их профессионального опыта, — ведь открытия происходят на стыке наук, на стыке взглядов. И потому в рамках данной книги мы не делаем никаких выводов, а просто представляем свободное изложение взглядов мастеров своего дела, реальных практиков детекции лжи на этот социокультурный феномен.

Несмотря на то, что книга предназначена для профессионалов, нам кажется, что людям, которые только заинтересовались профайлингом и безынструментальной детекцией лжи, она так же может быть интересна. Иногда сложности или даже непонимание непростой темы может стать поводом для начала изучения и встраивания нового и очень интересного навыка.  Долгое время все авторы книги занимаются детекцией лжи. Работа в этой сфере позволила обратить внимание на то, что количество людей, порицающих ложь, называющих ложь одним из самых страшных человеческих изобретений, огромно. Не исключено, что именно ложь приводит людей к различным неприятным ситуациям, влечет за собой катастрофические последствия. Многие философы, начиная с античных времен, утверждали, что ложь опасна, она порождает недоверие, презрение к лжецу. Само слово «ложь» носит негативный характер. Когда мы произносим фразу «ты солгал», то не только даем отрицательную характеристику речевому поведению нашего оппонента, но и, тем самым, даже унижаем его. Книга книг – Библия – учит нас тому, что ложь привела человека к грехопадению. Обратите внимание на то, как интересно устроен наш мозг: лжецы в нашем сознании – это всегда кто-то другой, т. е., не мы сами. Тут закономерно возникает вопрос, можем ли мы с уверенностью утверждать, что все вышеперечисленное справедливо? Или есть смысл более глубоко разобраться в этом явлении, которое окружает человека на протяжении всей его жизни?

Так что же такое ложь?

Профайлер (верификатор): Друзья, прежде чем мы с вами начнем обсуждать вопросы, связанные с моделями распознавания лжи, и делиться способами обмана, нам необходимо понять, а что же такое ложь? Как мы ее определяем, что означает этот термин, что стоит за этим понятием. Как говорят ученые — любой вопрос науки — это вопрос о понятии. Мне лично сильно не нравится определение лжи Пола Экмана. Хотя многие его придерживаются и считают, что ложь — это сознательное введение человека в заблуждение без его желания. Мне очень понравилось определение известного отечественного полиграфолога Леонида Георгиевича Алексеева, он считает, что правда и ложь — это конструкт нашего сознания, который заканчивается односложными ответами «да» или «нет», развернутыми ответами, либо же актами мимики и пантомимики. Вроде, хорошее определение, НО, согласитесь, что каждый наш акт является конструктом нашего сознания и заканчивается актами мимики и пантомимики. Именно поэтому я ввел в определение два таких понятия, как умысел и неконгруэнтность, и убрал термин «правда». Определение стало выглядеть следующим образом: ложь – это умышленный конструкт нашего сознания, который на предъявляемый стимул может проявляться в виде неконгруэнтных коротких ответов «да», «нет» или в виде развернутых ответов, сопровождаемых неконгруэнтными проявлениями мимики или пантомимики. Вот так звучит определение лжи у нас, в нашей Академии. Хотел бы узнать ваше мнение по этому поводу, коллеги.

НЛПер (разведчик): Правда и ложь — категории социальные и, отнюдь, не реальные. Здесь, конечно, философские начинаются рассуждения, к которым я не готов. Если мы определяем что-то достаточно строго, например, «скрываемая информация», то становится понятно, что с этим делать.

В приведённых выше определениях происходит оперирование социальными феноменами, такими как правда и ложь. Собственно, и НЛП, и идея детекции лжи отличаются от философии именно тем, что работают с конкретикой. Ложь, как социокультурный феномен, – это здорово, но что с этим делать — не понятно. Поэтому я бы остановился на главном постулате, что в основе лжи всегда находится целенаправленно скрываемая информация. Тогда в этом случае мы работаем с конкретным феноменом и не относим ко лжи то, что человек не скрывает целенаправленно, а, например, забыл… Это не ложь, это уже другое явление. Иногда человек что-либо забывает или начинает воспроизводить что-то, похожее на правду, не целенаправленно, не стремясь умышленно ввести вас в заблуждение. Поэтому ложь в моем понимании — это целенаправленно скрываемая информация. И если смотреть с точки зрения разведки — это то, в чем разведка живет каждый день.

Полиграфолог (контрразведчик): Абсолютно согласен с разведкой! Существует порядка пятнадцати определений лжи и правды. С точки зрения философии, с точки зрения психологии, с точки зрения каких-то социальных наук, и каждое из направлений рассматривает это явление из своих нужд. Евгений, твое определение появилось не просто так, верно? Так же, как определение и Экмана, и Алексеева.

Профайлер (верификатор): Совершенно верно, оно является основополагающим для изложения всего материала Школы. Оно и методологически, и онтологически, и эпистемологически абсолютно для нашего контекста точное.

Полиграфолог (контрразведчик): Совершенно верно. Но есть, наверное, общие критерии лжи. И на мой взгляд они достаточно просты.

Что можно назвать ложью? Во-первых, ложь — это всегда акт коммуникации. Вне коммуникации лжи нет. Конечно, есть самообман, но это уже иная категория. Ложь — это коммуникативное понятие. И ложь — сообщение, прежде всего, информации, сейчас не будем разбирать, какой именно. Она может по-разному передаваться, в том числе, и невербально.

Во-вторых, если мы стоим на позиции выявления правды или лжи, то стоим на неправильной позиции с точки зрения практической детекции лжи. Мы не выявляем ни ложь, ни правду. Мы оперируем понятиями, которые связаны с процессами функционирования физиологических систем: дыханием, деятельностью сердечно-сосудистой системы, системы терморегуляции и так далее. Любая система жизнеобеспечения не имеет критериев ни лжи, ни правды, но зато в них совершенно четко отражается феномен, который в инструментальной детекции лжи получил название «значимости».

В свое время была придумана методика, в рамках которой во время проверки задаются различные вопросы с априори известной либо значимостью, либо незначимостью. В инструментальной детекции лжи существуют так называемые нейтральные вопросы, контрольные вопросы и проверочные вопросы. Есть и другие, но о них позже. При этом предполагается, что нейтральные вопросы — незначимые или малозначимые. Контрольные вопросы при правильном подборе должны представлять некую произвольную значимость. А при ответе на проверочные вопросы причастное лицо должно показать высокую значимость. И если это различие мы наблюдаем, тогда имеем полное право сравнивать реакцию на контрольные вопросы, обладающие исходной значимостью, с реакциями на проверочные.

Если реакция на проверочные вопросы носит более выраженный характер по сравнению с реакцией на контрольные вопросы, мы говорим, что проверочные вопросы более значимы. Измеряя силу и выраженность этих самых физиологических реакций, мы определяем не правду и ложь, а то, какая тема или вопрос для человека более важная или более значимая.

Профайлер (верификатор) и НЛПер (разведчик): Если мы измеряем реакцию, то мы, так или иначе, задаем нейтральный вопрос, нейтральную тему, как некую точку ноль, начало отсчета, правильно?

Полиграфолог (контрразведчик): Да. Условный ноль.

Профайлер (верификатор): Человек к нам приходит, мы задаем нейтральные вопросы. По автобиографии, например.

— Вас зовут Иванов Иван Иванович?

Конечно, все было бы хорошо, если бы Иванова Ивана Ивановича, которого нам привели первый раз в следственном изоляторе или где-то еще, на самом деле звали Иванов Иван Иванович. Человек говорит: «Да», — но, например, он агент Джон Смит. Что в таком случае будет являться точкой ноль, если на самом деле человек под легендой или оказывает противодействие?

Профайлер (верификатор): Следующая тема, которую я предлагаю обсудить — это ложь и эмоции, их взаимосвязь. С вашей точки зрения, на какую эмоцию опирается ложь? Мы считаем, что ложь опирается на эмоцию страха, но не просто страха, а страха разоблачения. Поскольку страх тревожно-мнительного человека, например, сильно отличается от того, как ведет себя человек причастный.

НЛПер (разведчик): Согласен, страх. И еще я бы сюда отнес эмоцию презрения.

Верификатор и Полиграфолог: Очень интересный поворот! Почему?

НЛПер (разведчик): Презрение — это сравнение. Когда возникает презрение? Когда я сравниваю свои критерии и ваши критерии. Я, например, считаю, что в области НЛП я большой специалист, а вы нет, поэтому может возникнуть такая презрительная ухмылочка… Я знаю, что мои критерии здесь, мои возможности намного выше, чем ваши, происходит сравнение и, волей-неволей, появляется презрение. Поэтому, если говорить про эмоции, с одной стороны фильм «Обмани меня» для многих людей открыл, что, оказывается, за эмоциями имеет смысл следить и наблюдать. Но с другой стороны, конечно, этот фильм ввел всех в заблуждение, потому что стратегия доктора Лайтмана, который является прообразом Экмана, не такая простая. Люди, которые смотрят фильм, часто не обращают внимание на то, что герои по-другому определяют, обманывает человек или не обманывает, чем просто смотря на его эмоции. Стратегия Лайтмана заключается примерно в следующем: мы начинаем прогнозировать, каким образом вел бы себя человек, условно говоря, хороший и, условно говоря, плохой. Я сейчас сознательно ухожу от термина причастный или непричастный.

Самый банальный пример: на рынке есть два продавца. Один продавец продает биологически чистые яблоки, со своего огорода, и он знает, что это очень вкусные, очень полезные яблоки. Другой продавец точно знает, что он продает какую-то гадость под видом яблок, но «втюхать» ее необходимо. И дальше, например, я делаю два провокационных действия, которые ни один, ни другой не ожидали от меня. Еще одно упрощение, чтобы была понятна сама модель: в среднем, люди покупают полкило, килограмм яблок. Я же подхожу к первому продавцу, который знает, что у него хорошие яблоки, и говорю: «Слушай, куплю-ка я 10 килограммов». Какую эмоцию в этом случае можно ожидать от человека?! Радость.

Профайлер (верификатор): Радость, восторг.

НЛПер (разведчик): Совершенно верно. Видно, нормальный человек, хороший, яблоки купит. И ему хорошо и мне хорошо, всем хорошо и радостно.

Теперь тоже самое проделываем с другим продавцом. Подхожу я к человеку, который продает плохие яблоки, гнилую гадость, с намерением купить 10 килограммов. Какая эмоция будет у него? Вот здесь как раз не радость будет, а скорее всего, будет презрение, потому что он уверен, что клиент ничего не понимает, поэтому продать 10 килограммов яблок будет просто отлично.

А дальше вброс неожиданной для них информации. Дальше реализуется следующая последовательность действий: после моей готовности купить 10 кг яблок, продавец рад, а я сразу говорю, что не буду вообще ничего брать. В первом случае эмоция какая?

Профайлер (верификатор): Скорее всего, печаль.

НЛПер (разведчик): Да, печаль, любые виды проявления расстройства. А вот у второго продавца, скорее всего, будет гнев. Потому что я, по сути дела, у него забрал его же деньги из кармана. У него задача «впарить», а не продать. Поэтому, если достаточно серьезная покупка срывается, у него появляется гнев. И тогда получается, что на основании этих вещей, мы уже можем более или менее серьезные выводы делать. Я иду на рынок. Два тестовых вопроса предъявляю продавцу яблок и, в зависимости от того, какие эмоции я увижу, принимаю решение. Ну,  понятно, что эта модель на 2х вопросах работает слабо, если вопросов 5-7, а эмоции совпадают, то тогда можно делать достаточно смелые выводы о том, что происходит. Поэтому к идее описания эмоций я, скорее, отношусь так — если я увидел одну эмоцию, она, как правило, сама по себе ничего не дает. Да, конечно, человек, который стремится обмануть, у него может преобладать эмоция страха, хотя с другой стороны, может преобладать эмоция презрения, с третьей стороны — гнев, эта эмоция возникает в случае, если вы профессионально нарушаете какие-то мои значимые критерии, если вы представляете угрозу. Поэтому, если меня начинают опрашивать, то гнев тоже может быть.

Профайлер (верификатор): Мне кажется, наш опыт во многом схож. Как показывает практика, когда ты обвиняешь человека непричастного, первой у него появляется эмоция удивления, а потом он скатывается на эмоцию гнева. А если мы говорим о причастном человеке, то, как правило, он может скакать из одной эмоции в другую, но больше всего он находится в эмоции страха. На эмоцию презрения мы тоже обращали внимание, она действительно присутствует у причастного человека и проявляется не только в лицевой, но и в телесной ассиметрии.

НЛПер (разведчик): Мне кажется, она является очень важной. Потому что если я считаю себя таким красавцем, которого невозможно расколоть…

Профайлер (верификатор): И на это в я-концепции и структуре личности есть убедители…

НЛПер (разведчик): Все эти ваши «полиграфы- шмолиграфы», вообще, для меня ничто. Я прошел огонь и воду, — здесь будет эмоция презрения…

Профайлер (верификатор): И проявляться она будет как на лице, так и в теле. Не забуду случай, когда при расследовании кражи в полтора миллиона долларов, обнаружили причастного, и угроза наказания для него была максимальной, так его на стуле в левую сторону закручивало очень сильно, он сидеть, бедняга, спокойно не мог. Иногда причастные ведут себя, мягко скажем, странно, начиная от раскачки на стуле, до наклонов и закручиваний. Мы одно время не обращали на это внимания. Эмоция презрения прекрасно объясняет этот феномен. У непричастного же человека эмоций страха и презрения нет, он испытывает радость.

НЛПер (разведчик): Причем, чаще всего, у непричастного все начинается с удивления. Но удивление, чем оно интересно, — это эмоция быстрая, вызванная чем- то, что не попадает в мою модель мира, что мне очень быстро нужно классифицировать. Я должен классифицировать — это хорошо или плохо, поэтому происходит замешательство и быстрый переход в гнев, переход в радость или страх. Так же ведут себя непричастные. Мы в свое время для эмоций вывели структуру реакций причастного и непричастного человека.

Профайлер (верификатор): А полиграфологи работают с эмоциями или только с вегетативной нервной системой?

Полиграфолог: В этом контексте для полиграфологов есть смысл рассматривать эмоциональные проявления через мотивационно- потребностную сферу личности человека. Например, есть причастное лицо и непричастное, которые приходят на тестирование. У всех у них есть мотив и потребность самосохранения. У непричастного это самосохранение выражается в том, что он хочет доказать — он социально-адаптированный человек, он по своему воспитанию, по своим моральным принципам, ценностям — человек хороший. Но в этом ему мешают контрольные вопросы. Они не дают ему возможности удовлетворить эту потребность, они спрашивают, отыскивая скелеты в шкафу, которые есть у всех. Вы когда-то кого-то обманывали? Вы хотели быть лидером, невзирая на чувства окружающих? И т.д.

У причастных потребность такая же — самосохранение. Ему важно успешно пройти проверку и попытаться убедить нас, что он не причастен. Но ему в этом мешают проверочные вопросы. Вот и все.

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.