maski_emocii_krasochnyy_raznocvetnyy_1920x1080

Пол Экман много лет интересуется историей теорий Чарльза Дарвина, связанных с эмоциями. Книгу «О выражении эмоций у человека и животных»(впервые издана в 1872 году), где Дарвин выдвигает концепции универсальности мимических реакций для всех людей, Экман рекомендует прочесть «если у вас в жизни есть возможность прочесть только одну книгу по психологии». В 1998 эта книга вышла с комментариями Экмана, где с современных позиций анализируются идеи Дарвина.

Статья «Дарвин, обман и выражения лица» — своеобразное продолжение этих комментариев.
Дарвин не рассматривал выражения лица с позиции определения лжи, но понимал возможность такого анализа (в заключении он написал: «Они [выражения лица] обнаруживают мысли и намерения других вернее, чем слова, которые могут быть лживы») и выдвинул две интересные идеи, имеющие прямое отношение к принципам определения лжи. Проверке этих идей и посвящена статья Экмана.
 Первая идея, которую Экман называет гипотезой «утечки лицо-тело», в том, что люди, с точки зрения Дарвина, лучше контролируют свое тело, чем лицо. Соответственно, признаки отступления от базовой линии, так называемые «утечки», позволяющие предположить ложь, лучше видны на лице, чем на теле.
Гипотеза Дарвина о том, что лицо дает больше сигналов, чем тело, на первый взгляд представляется логичной. Действительно, движениями рук и ног гораздо легче управлять, чем мимикой.
Но, как пишет Экман, большинство людей не уделяют внимания контролю за собственными движениями. Если это так, тело становится очень хорошим источником утечек, «ключей лжи», что противоречит предположениям Дарвина.
Но экспериментальные данные показали, что все гораздо сложнее.
Группе испытуемых показывали видеозаписи женщин, которые либо лгали, либо говорили правду о позитивных эмоциях, связанных с просмотром фильма о природе. Половина этих женщин действительно смотрели фильм о природе, а другая половина — о хирургической операции с большим количеством крови (им и пришлось лгать).
Зрителям показывали только лицо или только тело и просили определить, внушает ли поведение доверие, звук был отключен. Также им показали примеры базовых линий субъектов. Детекция лжи была точнее проведена, теми, кто смотрел видео с телом, а не с лицом. Участниц эксперимента спросили о том, какие аспекты поведения они контролировали когда лгали — почти все упомянули лицо и мало кто — движения тела.
Но все же в некоторых случаях лицо остается гораздо более важным источником информации, чем тело. Речь идет о микровыражениях — выражениях лица настолько коротких, что нетренированному взгляду их трудно увидеть.
Микровыражения были впервые открыты группой Экмана при просмотре видео с психиатрическими пациентами, лгавшими о своем состоянии во время клинического интервью, и позволяют как бы напрямую увидеть истинные эмоции человека.
Видеозаписи лиц из описанного выше эксперимента были показаны тренированным экспертам в области эмоций и микровыражений.
Результат — точность определения достоверности высказывание в 80 и более процентов. Эксперты делали выводы на основании микровыражений и неточностей в выражении эмоций (нужно обратить внимание, что Экман придает большое значение естественной динамике мимических реакций).
После анализа экспериметальных данных экспертами видео оценили еще раз — выражения лица были закодированы при помощи FACS, измерен уровень жестов-иллюстраторов, высота голоса. Когда участницы эксперимента пытались скрыть негативные эмоции (страх, печаль, отвращение), они скрывали их при помощи улыбки, но улыбки социальной, с сокращением только большой скуловой мышцы.
Когда испытуемые не лгали и говорили о реальных позитивных эмоциях, они демонстрировали искреннюю улыбку — сокращение большой скуловой мышцы и круговой мышцы глаза. Только у четверти субъектов были микровыражения.
Число жестов-иллюстраторов при лжи уменьшалось, но статистически недостоверно. Треть испытуемых показывали жест-эмблему неуверенности в виде пожатия плечом. Голос в случае лжи повышался.
Суммируя полученные данные Экман пишет, что Дарвин был прав в том, что движения тела можно корректировать, но большинство людей никак этого не делают, что и позволяет рассматривать тело человека как источник сигналов, позволяющих предположить ложь.
Экман считает, что экспериментальные данные говорят о необходимости анализа многих параметров — от жестов-иллюстраторов до высоты голоса.
Вторую идею Дарвина Экман называет «гипотезой ингибирования». Дарвин предположил, что очень трудно подавить непроизвольное сокращение мышц в том случае, когда трудно вызвать сокращение этих мышц по желанию.
Иными словами,если мы не можем у себя вызвать по собственному желанию какое-либо выражение лица, нам также трудно его подавить, когда оно возникает без нашего желания.
С точки зрения нейрофизиологии работа мимических мышц выглядит следующим образом: ядро лицевого нерва, которое передает команды на сокращение или расслабление мышц лица, получает входящие импульсы из многих участков головного мозга; моторная кора дает импульсы на сокращение мышц по сознательному желанию, подкорковые структуры передают импульсы на сокращение без связи с сознательным желанием.
При некоторых неврологических патологиях с поражением путей, идущих от коры головного мозга, человек,например, не может например улыбнуться по просьбе, но может неосознанно улыбнуться шутке.
При пораженных подкорковых путях ситуация прямо противоположная.
Не совсем известен механизм подавления выражений лица, но для анализа «гипотезы ингибирования» Экман использовал трудновыполнимые по желанию элементы выражений лица.
Меньше 25% людей способны выполнить их по команде.
Трудновыполнимые выражения лица приведены в таблице.
Экман называет эти сигналы «надежными» и говорит, что многократный анализ выражений лица различных людей показал, что эти мимические сигналы действительно не ингибируются.
И, хотя, эта гипотеза никогда не тестировалсь численно, многократные эмпирические наблюдения позволяют предположить правоту Дарвина. Отталкиваясь от анализа идей Дарвина в своей статье Экман пишет о критериях отличия выражений лица, вызванных сознательно и вызванных под влиянием эмоций. В качестве примера он приводит улыбку, впервые описанную французским неврологом и психиатром Дюшенном. Улыбка Дюшенна представляет собой улыбку с активностью не только большой скуловой мышцы, но и круговой мышцы глаза (см. со-ответствующую иллюстрацию).

таблица
Большинство людей по желанию не могут сделать такую улыбку, а у тех кто может сделать, не могут вызывать ее на обеих сторонах одновременно, хотя после того, как вызвали, могут удерживать сокращение на двух сторонах. Критерий отличия искусственной улыбки Дюшенна — неравномерное ассиметричное начало.

Безымянный  Улыбка Дюшенна была описана Дарвином в своей книге, но, хотя тот и писал о связи анализа улыбки и анализа лжи, Экман обращает на это внимание. Он пишет о проблемах с экспериментами по определению лжи, в которых при анализе мимики не учитывалось отличие искренней (Дюшенна) и социальной улыбки — если не различать типы улыбок, а считать только сокращение большой скуловой мышцы, нельзя понять, используется ли улыбка для маркировки негативных эмоций или просто для выражения радости.

Продолжая расширять понятие «гипотезы ингибирования», Экман выделяет семь критериев отличия произвольно сознательно вызванных выражений лица от непроизвольных спонтанных:

1 Морфология — присутствие «надежных» сигналов повышает вероятность того, что мимическая реакция непроизвольна.

2 Симметрия — асимметричное выражение лица может быть признаком сознательного контроля.

3 Продолжительность — очень короткое (<1/2 с) и длинное (>5 с) скорее произвольны, чем спонтанны (микровыражения — исключение.

4 Быстрота начала — произвольное выражение начинается быстрее и резче.

5 Перекрытие апексов (начало выражения — апекс («верхушка», когда выражение удерживается без изменений) — конец выражения) отдельных фрагментов выражения лица характеризует спонтанное выражение.

6 «Баллистическая траектория выражения» — отсутсвие «рывков» при мимическом выражении — признак спонтанности.

7 Связность — признаком спонтанности также является соответсвие выражения словам не только по смыслу, но и по времени.

В заключении Экман пишет о том, что в нашем поведении нет как сигналов, которым можно полностью доверять, так и сигналов, которым можно не доверять. Иными словам, он говорит об отсутствии абсолютный признаков лжи и правды.
Необходимо учитывать все — звук голоса, выражение лица, микровыражения, жесты, позу.
Экман цитирует Дарвина, пишущего о том, насколько легко слова могут быть фальсифицированы, из чего вытекает необходимость анализировать высказывания, оценивая паузы, изменения в ударениях, ошибки речи, непрямой или дистанцирующий язык, оговорки, логические противоречия.

1 ответить

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.