За эту статью меня заставила взяться удивительная книга, а именно монография Андрея Юрьевича Молчанова «Скрининг». Понятно, что кажется книга Молчанова — это новая медитация на тему детекции лжи. Понятно, что автор (один из немногих, кто что-то систематизирует) демонстрирует свой собственный и во многом уникальный многолетний опыт. Но главное, что нас не только восхитил, но еще и порадовал его практический и многолетний опыт работы в формате кадровых проверок в так называемом скрининге.

Андрей Юрьевич — специалист и эксперт в области полиграфа и инструментальной детекции лжи. И постоянный читатель может задать вопрос: а какое отношение книга Молчанова имеет к профайлингу и безынструментальной детекции лжи? Ответ прост… В ее абсолютной научной систематизации и в уникальной трактовке практического опыта. Монография Молчанова — это описание и осмысление практического опыта. Это не теоретизирование на тему полиграфа или профайлинга. Для этого есть труды Варламова, Чаленко и прочих «деятелей». Монография Молчанова — это ответы на конкретные вопросы тех специалистов, которые постоянно занимаются кадровым отбором и могут сталкиваться с определенными сложностями. Но моя статья сегодня не только об оценке труда Мастера. Сегодня хочется поговорить о вопросах в безынструментальной детекции лжи и профайлинге.

Некоторое время тому назад на страницах интернета появились «специалисты», которые в безынструментальной детекции лжи стали применять классификацию, принятую в продажах. А именно вопросы бывают: открытые и закрытые. Понятно, что эти «профи» в профайлинге и детекции лжи не понимают сути метода детекции лжи. Понятно, что у них нет понимания трех китов детекции лжи – нейтрального, контрольного и проверочного вопросов. И в своей сегодняшней статье хочется (в опоре на уникальное произведение А.Ю. Молчанова) предложить некоторые взгляды на вопросы, на стимулы в безынструментальной детекции лжи и профайлинге. В сегодняшней статье я не буду долго останавливаться на проверочном вопросе.

Иногда начинающие верификаторы и полиграфологи сталкиваются с трудностью формулировки проверочного вопроса. Из-за отсутствия навыка постановки цели вопроса при расследовании события. В связи с этим мы предложили достаточно подробную схему формулирования и задавания проверочного вопроса. Еще одним из важных принципов проверочного вопроса является отсутствие в формулировках проверочного вопроса слов «зачем» и «почему». Если вы используете такие вопросы, то опрашиваемое лицо такое вам наобъясняет, что верификатор может еще и виноватым оказаться. Исключение составляют провокативные сканирующие вопросы.

Хотелось бы сразу сделать оговорку, что вопросы, которые задаются в безынструментальной детекции лжи, могут задаваться как в форме вопроса, так и в форме темы беседы (диалога), однако реакции на них фиксируются также как и при ответах на вопросы. Еще одним из принципов безынструментальной детекции лжи является принцип специфичности реакции. Помним, что инструментальная детекция лжи основывается на принципе неспецифичности реакций. То есть полиграфолог до проведения стимулирующих тестов не знает точно, какой признак будет наиболее информативным: будет ли это дыхание, давление или КГР. В безынструментальной детекции лжи мы оцениваем только специфические реакции, то есть те реакции, которые верификатору максимально очевидны. В случае неочевидности реакции не оцениваются. Именно поэтому в опросной беседе используются различные формы стимулов для получения результата.

Итак, рассмотрим основные типы вопросов в детекции лжи и начнем с нейтрального вопроса. Само название «нейтральный вопрос» говорит о его предназначении. Его основная задача заключается в том, что при ответе на этот вопрос реакции у опрашиваемого лица, вне зависимости от его причастности или непричастности, были, что в психолингвистике, что в психофизиологических реакциях минимальными. Если на нейтральный вопрос верификатор (полиграфолог) видит значимые реакции, значит данный вопрос перестает быть нейтральным. Как правило, это означает, что у верификатора с опрашиваемым лицом не сложились социально значимые отношения, а значит и вся процедура опроса не является валидной  и не подлежит как анализу, так и математическому обсчету. Итак, рассмотрим основные требования к формулировке и задачи, которые он решает.

Основным требованием к формулировке нейтрального вопроса по мнению многих практиков в безынструментальной детекции лжи считается его невырванность из контекста темы опросной беседы. Нам кажется, это правило справедливо и для инструментальной детекции лжи. Согласитесь, что даже если нейтральные вопросы проговорены и опрашиваемый даже согласился с их пониманием, вопросы типа «Вы сидите на стуле?» или «Вам нравится зеленый цвет?» при расследовании кражи или, например, убийства могут вызвать эмоцию (реакцию) удивления и напряжения во всем теле вместо спокойствия и расслабленности (автору многократно приходилось видеть это у начинающих, как верификаторов, так и полиграфологов). Поэтому мы рекомендуем нейтральные вопросы (темы) брать исходя уже из известных данных, например, из паспортных, автобиографических, анкетных рабочих данных.

Нейтральные вопросы не должны выбиваться из структуры опросной беседы. Даже если вы в середине беседы (или опроса с использованием полиграфа) задаете в середине теста вопрос «Сейчас идет такой-то месяц?» у некоторых опрашиваемых это может вызвать неоднозначную реакцию, которую можно не точно верифицировать. Потому лучше нейтральные вопросы брать из контекста проверки, возможно из той информации, которую сообщило опрашиваемое лицо. Нейтральные вопросы  не должны иметь отношение к расследуемому событию и быть сформулированными таким образом, чтобы человек заведомо давал правдивые ответы и ему не нужно было бы на них говорить неправду, или излишним образом испытывать напряжение. Это важное правило, если на нейтральный вопрос есть реакция, то это означает, что данный вопрос перестал быть нейтральным.

С определенной точки зрения контрольный вопрос характеризуется одной из следующих реакций:

  1. Обследуемый дает заведомо ложный ответ, пытаясь выставить себя перед верификатором (полиграфологом) в лучшем (идеальном) виде.
  2. Обследуемый демонстрирует все признаки сомнения на контрольный вопрос.
  3. Обследуемый отвечает на контрольный вопрос правдиво, но тем самым сознается в чем-то социально негативном, испытывая при этом чувство «неприятной правды»

Нужно помнить, что основная функция контрольного вопроса – это функция альтернативы или сравнения. В ситуации проверки функция «контроль и проверка», как в инструментальной, так и в безынструментальной детекции лжи, считается главенствующей.

Да, работа с контрольными стимулами (вопросами) является очень важной во всех направлениях детекции лжи. Эта работа связана с двумя проблемами, а именно: первая – это вопрос уместности контрольного вопроса, ведь не секрет, что вопросы многих профайлеров и полиграфологов часто страдают тем, что вызывают реакцию не на процедуру проверки, а на сами вопросы. Например, вопрос, что в профайлинге, что в полиграфной проверке «Вам нравится зеленый цвет?». Такой вопрос в начале теста даже будучи нейтральным, может вызывать бурную реакцию, совершенно ненужную специалисту. Ко второй сложности относится проблема «релевантности» контрольного вопроса и способа его «накрутки» используя профессиональный жаргон специалистов.

Говоря о контрольном вопросе, можно вспомнить о многих спорах и дискуссиях вокруг него в российских школах детекции лжи. «Великий Академик» Варламов вообще считал, что самое главное это полиграф и простой поисковый тест. От теста нейтральных вопросов американцы отказались в 20-х годах прошлого столетия, когда сначала появился вопрос сравнения, а чуть позже зоны сравнения Клива Бакстера. К сожалению «поисковая методика» без контрольного вопроса,  вопроса сравнения, существует до сих пор во многих школах детекции лжи. Лысенки от полиграфологии подобно «мичуринскому учению» вводят в заблуждение большое число слушателей, а самое главное проводят проверки, а профессионалы знают, что тест нейтральных проверочных вопросов, которые Лысенковцы от полиграфологии назвали «поисковой методикой» (сразу возникает вопрос о методе, антологии и эпистемологии данного направления. Хотя автор убежден, что наши Лысенковцы и слов таких не знают), что этот тест обладал обвинительным уклоном. То есть был не только не валидным, но еще и опасным. Потому Рейд, Матте, Бакстер сделали все возможное для введения в детекцию лжи вопросов сравнения. В российской детекции лжи этот вопрос получил название «контрольный», а Андрей Юрьевич Молчанов называет его «альтернативным». Но не важно название, важно назначение контрольного вопроса, он альтернативен проверочному. И в этой альтернативе и есть его суть.

Но почему же подбор контрольного вопроса настолько сложен в детекции лжи и как его подобрать? Вот была следующей проблемой в детекции лжи. Бакстер приводит 21 правило и исходя из них математическую систему обсчета реактограмм. Но правила достаточно громоздкие, методика страдает сложностью. Некоторые аспекты описания неоднозначны. Да и подбор контроля исходил исключительно из условий контекста, т.е. окружения и действий. Я сейчас сильно утрирую, но если вопрос стоял о расследовании кражи, то альтернативным проверочному как правило были «До такого-то времени вы совершали кражи?», «Вы когда-либо совершали кражи?». Возможно, для американского процедурного и законопослушного этноса такой вопрос и мог бы работать, однако для возможностной славянской популяции этот вопрос может и не работать. «А кто не крал!» воскликнет на такой вопрос бармен, официант, слесарь или кто-то еще. А значит, мы получили признание, и реакции на этот вопрос нет. Выходит, американский метод не работает. Нет, это не совсем так. Американские специалисты в области детекции лжи столкнулись с этим феноменом, что контрольный вопрос контекста не всегда работает. И не очень понятно, что значимо для человека, контроль или проверка и потому появляются вопросы «управляемой лжи» типа…. Ответьте правдиво…., а теперь ответьте ложно….

Понятно, что такие вопросы могли появиться в инструментальной детекции лжи. А как быть в том случае, если речь идет о безынструментальной детекции лжи? Там вопросы управляемой лжи точно не сработают, на них нет однозначных специфических реакций. А значит, они не могут быть валидными и как итог приемлемыми. Вопрос в поиске более точного инструмента альтернативности проверочного вопроса стоял как перед верификаторами, так и перед полиграфологами. Одним из первых результатов было появление вопроса социальной оценки Гусейнова-Алексеева. Когда вместо или вместе с контрольными вопросами контекста стали использовать характерологические контрольные вопросы, взятые из психолого-психиатрических тестов. Как показала практика, отдельная категория опрашиваемых достаточно сильно реагировала на такие вопросы, но опять же не все…

Как всегда что-то новое происходит на стыке наук. Об этом и гласит принцип дополнительности Нильса Бора. В свое время удивительный и уникальный антрополог Грегори Бейтсон описал так называемую пирамиду логических уровней. Как правило, для индивида важно нахождение на определенном логическом уровне. Какой-то из них является преобладающим. Кто-то живет на уровне окружения, кто-то поведения и т.д. И тогда у нас возникла идея задавать контрольные вопросы исходя из логических уровней. Какой-то логический уровень будет максимально значимым для человека, а значит, мы достаточно точно попадем в контроль для непричастного человека и сможем тем самым точно отделить их от причастных лиц.

1 ответить
  1. ТАТЬЯНА
    ТАТЬЯНА говорит:

    Отличная статья! Информация легко воспринимается, можно использовать как
    наглядный инструмент для начинающих полиграфологов

    Ответить

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.